Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

Вложил и выложил....

скучаю по тебе. Так много в этом. Это очень много, просто никогда не знаешь сколько грусти человек вкладывает в это "я скучаю по тебе", а я здесь весь, полностью.....со своими грустными глазами, с метающимися вопросами....где ты...где ты......где ты.....с кем ты...больше ни-че-го не надо...только где ты....больше ничего не волнует.....прошло много времени, а тебя всё нет....тебя нет.........безусловно, ты есть, но где?....где ты......весь день превратился в ожидании тебя, но тебя сегодня, наверно, уже не будет....
Со своим внутри беспокойным "я скучаю по тебе" я пытаюсь зарыться во что-нибудь...стараюсь! Зарываюсь в фильмы, в книги, в уроки, в разговоры " ни о чём", в "Сплин", да и вообще в му-зы-ку........но от этого моё "я скучаю по тебе" ещё жарче!!! Ещё суматошнее....ещё безумнее...........где ты...где ты...где ты.......почему не пишешь.....почему.....по-че-му..........................я живу от письма до письма!! Я не хотел так, но так случилось! Я не хотел в тебя так....но я влюбился....в тебя........где ты.......живу ожиданием.
Ожиданием длинного звонка.. телефонного...такого срывающегося....как истерический крик.......и я всегда бегу.....бегу-бегу -бегу на этот телефонный вопль, как ошалелый...потому что знаю...знаю, что это ты...что может быть, я тебе нужен именно сейчас.....срываюсь с постели к белому аппарату, за которым твой голос.........такой знакомый, роднее родных ......только ты звонишь мне около 12 ночи такими длинно-междугородними криками.......потому что срываешься так же...без меня. Ты хочешь услышать голос. Мой.
Другого тебе не надо......а мой....он такой тоскующий без тебя........как будто наши голоса всегда должны быть в диалоге....но диалог прекращается, как только я -ты вешаешь трубку....но это только в реальности......а здесь, во мне самом, я разговариваю с тобой часами........и так ....так....неловко признаваться тебе в этом, что путаются слова, как листья на ветру...осенью....Я люблю тебя.....всем мной я люблю всю тебя......где ты...где ты.........мне так мало тебя.....мало ....нехватка, ломаюсь........г. д. е..... ты..........так много в этом...очень много. Весь я....по тебе....я так скучаю..............г....д.....е........т.....ы.....

(no subject)

Я никогда не был один. Я всегда был с кем-то. С тобой, моей первой любовью, до тем самых пор, когда я остался один. И, знаешь что? Я понял, что меня никогда и не было. Я был отражением. Зеркалом, отражающим то, что в нем хотели видеть. Я мог выбирать, что хочу отражать и переделывал -- и тебя, и других, чтобы мне нравилось отражать то, что все вы видели во мне. Каждая свое. Для каждой -- та картинка, которая сначала нравилась вам, а потом постепенно менялась так, чтобы нравится мне. Так постепенно, что и вы менялись под моим влиянием. И я возомнил себя всемогущим режиссером, которому нет дела до белого луча кинопроектора, который показывает вам то, что хочет. Который заставляет вас страдать и радоваться, любить и ненавидеть, только не отходить от меня, не научиться без меня жить...

У меня всегда или все, или ничего. Поэтому я всегда боюсь потерять что-то МОЕ. Потому что знаю -- потеряв одну, я потеряю и другую. Знаю, потому что так уже было. И сейчас все тоже оказалось там. Ты ушла. У тебя никогда не будет того сумасшествия, которое у тебя было со мной все эти годы. А ты любишь меня,знаю.... До сих пор. Но ты здравомыслящая девочка и ты не станешь продолжать отношения "в никуда". Нет, не так... "ни в куда" -- помнишь, ты сказала так в Ялте на набережной той ночью у НАШЕГО дерева, когда все вокруг было в тумане?

Луч погас и что осталось от моего величия кинематографического кукловода? Я могу рисовать любые картинки, но их никто не увидит, и поэтому они не нужны -- мне самому в первую очередь. "Ты ведь живешь с другой", скажешь ты. Не было такого никогда,я живу тобою... Потеряв тебя, я погас настолько, что никто не смог бы этого не заменить. И теперь я ищу квартиру, чтобы запереться в ней, работая перед компьютером и напиваясь по вечерам. Теперь мне даже не надо ходить на работу -- я работаю дома и денег хватает на квартиру, еду и какие-то развлечения. Я не хожу в кино -- это нравится им, а не хожу в театр -- это нравится тебе, я не люблю ресторанов -- к еде я всегда был равнодушен, дискотеки для меня слишком грязные. Зато я полюбил ходить по городу с фотоаппаратом -- помнишь, как мы собирались весь его обойти, чтобы знать все, что в нем есть? Неважно...

Если бы ты меня не предала, я был тебя вернул -- ведь портил же я жизнь всем своим женщинам, которые уходили от меня. Возвращал их многократно. А сейчас не буду. Хватит и того, что я сделал. И ничего из этого я не взял себе. Отпустить тебя надо... теперь я смогу. Наверное.

Иди... я тебя вырастил и я тебя отпускаю. Прости мне всю боль, причиненную тебе...

Ты прости меня...

Что снова привело меня в дневник? Наверное то, что мне не с кем поделиться своими чувствами, мыслями и мечтами. В слова никто не то чтобы не будет вникать, их попросту до конца не дослушают. Здесь же все по-другому! Никто не торопит, ты не стараешься говорить о самом главном, чтобы слушатель не потерял интерес и не перешел на привычные уже "ясно, а вот у меня....". Здесь пишешь и пишешь, стираешь, перефразируешь. Наедине с самим собой.

Даже вот сейчас. Я наверное минуту сидел и смотрел в окно, не знал с чего начать. Наверное с того, что эта неделя внеочередного отпуска от тебя мне совсем не на пользу, напротив. Слишком много свободного времени думать о тебе. Глубоко вдыхая, глотать ком в горле и медленно выдыхать, сжимая в кулаке клок волос на голове так сильно, чтобы потекли слезы, точнее стараться убедить себя, что слезы текут из-за этой боли, а не той, что тебя теперь нет рядом со мной.

Пытаюсь разобраться. Что было в тебе такого, что так не дает мне покоя, что так душит меня изнутри, не дает мне спокойно спать. Сегодня я лег вечером и уснул, проснулся в три ночи от того, что мне снилась ты. У меня аж дрожь была в ногах и руках от досады, что я проснулся сегодня, 15 марта 2014, а не 14 сентября 2013 года, что я вообще проснулся.

Уже месяц я стараюсь слушать веселую музыку, но ничего не выходит. Лирические композиции сами собой всплывают в моей памяти и как на репите крутятся с утра до вечера.

Я ложусь спать в 22.30, просыпаюсь в 6-7, встречаю рассветы. Эти сине-фиолетовые и красные рассветы. А вечером пытаюсь уснуть, чтобы не ехать к тебе выпившим.

Сколько.
Сколько раз я расставался с тобой? за этот год сложно даже представить. Я терял тебя, потом возвращался. Ты всегда принимала меня. Я обещал, что это последний раз, что я люблю тебя. Говорил, что иногда начинаю уходить в себя, но знай, я все равно люблю тебя! Ты верила. Ты цитировала мои эти фразы, когда я уходил. А я? Я звонил тебе, ты меня уже ждала, ты знала, что я вернусь.

Я знал, что так не может продолжаться вечно. Но ничего не мог поделать с собой. Всегда я влюблен в тебя как ребенок и никто и ничего мне не нужно в этом мире.
Спустя месяц, даже спустя год! я понимаю, что ничего не изменилось, что я по прежнему люблю тебя одну, ты по прежнему самая лучшая кого я встречал. И возвращаюсь. И опять по кругу эти мысли...

Ты права.
Ты права, я просто боюсь тебя потерять!
Ты говорила, что никого не полюблю больше тебя, так как я тебя люблю. Сегодня я смотрю вокруг и мне кажется я понимаю о чем ты.
Мы познакомились когда нам было в душе по 18 лет! Полные амбиций, желаний и мечты о красивой жизни! Ругались, ссорились, кричали и вытирали слезы друг другу.

Ты конечно помнишь, как ты корила меня за то, что у меня нет машины, нет денег, нет будущего. Ты хотела одеваться в дорогих магазинах, ужинать в ресторанах и иметь дом.работницу. Ты, одинокая девушка 29, почти без родителей, живущая около МКАД. Я ругался на тебя, говорил, что ты несешь бред и что не в этом счастье и что многие живут еще сводя концы с концами и счастливы друг с другом, несмотря на сложности. Ты смеялась, говорила что так не смогла бы.
В корил тебя эти мысли, но в глубине души я хотел дать тебе все то, что ты хотела. Мы тратили все мои деньги на обеды в кафешках, на кофточки в cK! и я был рад дарить это тебе. Даже первое ювелирное украшение я подарил тебе через 3 месяца нашего знакомства. Я выбегал из дома, говорил что еду в кино тут рядом, а сам летел 180км/час к тебе и через час 20 минут был у тебя около подъезда. Мы сидели у тебя в старой квартире, потом ехали в кино или кафе. Потом я летел домой обратно. И я был счастлив, кажется.

Все меняется.
Все меняется и все меняются. За прошедший год ты повзрослела и стала умнее. Упустим сколько еще мы пережили ссор, проблем и расставаний.
В этом году все перевернулось с ног на голову! Теперь ты разумная, красивая девушка, которая не тратит деньги на кафе попросту, смотрит на цены в магазине и решает на чем экономить, чтобы купить себе новую обувь.
А я? Я хочу летом купить машину. Дурак.

Будущее.
Какое у тебя будущее? Ты встретишь того, кто будет умнее меня, не оставляющего тебя даже на минуту.
Какое у меня будущее? Я не знаю. Ты была рядом со мной когда у меня не было и копейки и когда я был с деньгами, когда я занимал деньги чтобы ездить к тебе на свидания! Ты убедила меня бросить пить в поисках лучшей жизни. Ты была рядом всегда. Воспитала во мне чувство достоинства и следить за собой.
Хочу летом открыть цветочный салон, как я мечтал об этом тратя безумные деньги на цветы, хоть ты и смеялась, когда я говорил об этом. Он будет носить твое имя.

Мне стыдно. За то, что ты пытаешься расстаться тогда, когда все у меня налаживается. Тогда когда жизнь стала обретать новый смысл и появились перспективы. Я не хочу никого видеть рядом с тобой, кроме себя. Мой телефон не хранит в памяти твой номер,как и твой мой. Потому что из головы его не выкинуть.
Все вокруг кажутся пустышками. В этом городе всем нужны только деньги. Многие девушки даже не посмотрят в твою сторону, если у тебя нет автомобиля/квартиры/богатых родителей. Только ты не такая.
Я знаю. Очередное "прости".

(no subject)

Они все равно уйдут, даже если ты обрушишься на пол и будешь рыдать, хватая их за полы пальто. Сядут на корточки, погладят по затылку, а потом все равно уйдут. И ты опять останешься один и будешь строить свои игрушечные вавилоны, прокладывать железные дороги и рыть каналы - ты прекрасно знаешь, что все всегда мог и без них, и именно это, кажется, и губит тебя.

Они уйдут, и никогда не узнают, что каждый раз, когда они кладут трубку, ты продолжаешь разговаривать с ними - убеждать, спорить, шутить, мучительно подбирать слова. Что каждый раз когда они исчезают в метро, бликуя стеклянной дверью на прощанье, ты уносишь с собой в кармане тепло их ладони - и быстро бежишь, чтобы донести, не растерять. И не говоришь ни с кем, чтобы продлить вкус поцелуя на губах - если тебя удостоили поцелуем. Если не удостоили - унести бы в волосах хотя бы запах. Звук голоса. Снежинку, уснувшую на ресницах. Больше и не нужно ничего.
Они все равно уйдут.
А ты будешь мечтать поставить счетчик себе в голову - чтобы считать, сколько раз за день ты вспоминаешь о них, приходя в ужас от мысли, что уж никак не меньше тысячи. И плакать перестанешь - а от имени все равно будешь вздрагивать. И еще долго первым, рефлекторным импульсом при прочтении/просмотре чего-нибудь стоящего, будет: “Надо ей показать.”
Они уйдут.
А если не захотят уйти сами - ты от них уйдешь. Чтобы не длить ощущение страха. Чтобы не копить воспоминаний, от которых перестанешь спать, когда они уйдут. Ведь самое страшное - это помнить хорошее: оно прошло, и никогда не вернется.
А чего ты хотел. Ты все знал заранее.
Чтобы не ждать. Чтобы не вырабатывать привычку.
Они же все равно уйдут, и единственным, что будет напоминать о женщинах в твоей жизни, останется любимый запах парфюма, длинный, со шлейфом....
И на том спасибо.
Да, да, это можно даже не повторять себе перед зеркалом, все реплики заучены наизусть еще пару лет назад - без них лучше, спокойнее, тише, яснее думается, работается, спится и пишется. Без них непринужденно сдаются сессии на отлично, быстро читаются хорошие книги и экономно тратятся деньги - не для кого строить планы, рвать нервы и бриться-бриться-бриться...
И потом - они все равно уйдут.
Ты даже не сможешь на них за это разозлиться.
Ты же всех их, ушедших, по-прежнему целуешь в щечку при встрече и очень радуешься, если узнаешь их в случайных прохожих - и непринужденно так: здравствуй, солнце, как ты. И черта с два им хоть на сотую долю ведомо, сколько тебе стоила эта непринужденность.
Но ты им правда рад. Ибо они ушли - но ты-то остался, и они остались в тебе.
И такой большой, кажется, сложный механизм жизни - вот моя работа, в ней столько всего страшно интересного, за день не расскажешь; вот моя работа - ее все больше, я расту, совершенствуюсь, умею то, чему еще месяц назад учился с нуля, участвую в больших и настоящих проектах, пишу все сочнее и отточеннее; вот мои друзья, и все они гениальны, честное слово; вот... Кажется, такая громадина, такая суперсистема - отчего же это все не приносит ни малейшего удовлетворения? Отчего будто отключены вкусовые рецепторы, и все пресно, словно белесая похлебка из “Матрицы”? Где разъединился контактик, который ко всему этому тебя по-настоящему подключал?
И когда кто-то из них появляется - да катись оно все к черту, кому оно сдалось, когда я... когда мы...
Деточка, послушай, они же все равно уйдут.
И уйдут навсегда, а это дольше, чем неделя, месяц и даже год, представляешь?
Будда учил: не привязывайся.
“Вали в монастырь, пацан” - хихикает твой собственный бог, чеканя ковбойские шаги у тебя в душе. И ты жалеешь, что не можешь запустить в него тапком, не раскроив себе грудной клетки.
Как будто тебе все время показывают кадры новых сногсшибательных фильмов с тобой в главной роли - но в первые десять минут тебя выгоняют из зала, и ты никогда не узнаешь, чем все могло бы закончиться.
Или выходишь из зала сам. В последнее время фильмы стали мучительно повторяться, как навязчивые кошмары.
И герои так неуловимо похожи - какой-то недоуменно-дружелюбной улыбкой при попытке приблизиться к ним. Как будто разговариваешь с человеком сквозь пуленепробиваемое стекло - он внимательно смотрит тебе в глаза, но не слышит ни единого твоего слова.
Что-то, видать, во мне.
Чего-то, видать, не хватает - или слишком много дано.
И ты даже не удивляешься больше, когда они правда уходят - и отрешенно так, кивая - да, я так и знал.

И опять не ошибся...

(no subject)

Они все равно уйдут, даже если ты обрушишься на пол и будешь рыдать, хватая их за полы пальто. Сядут на корточки, погладят по затылку, а потом все равно уйдут. И ты опять останешься один и будешь строить свои игрушечные вавилоны, прокладывать железные дороги и рыть каналы - ты прекрасно знаешь, что все всегда мог и без них, и именно это, кажется, и губит тебя.

Они уйдут, и никогда не узнают, что каждый раз, когда они кладут трубку, ты продолжаешь разговаривать с ними - убеждать, спорить, шутить, мучительно подбирать слова. Что каждый раз когда они исчезают в метро, бликуя стеклянной дверью на прощанье, ты уносишь с собой в кармане тепло их ладони - и быстро бежишь, чтобы донести, не растерять. И не говоришь ни с кем, чтобы продлить вкус поцелуя на губах - если тебя удостоили поцелуем. Если не удостоили - унести бы в волосах хотя бы запах. Звук голоса. Снежинку, уснувшую на ресницах. Больше и не нужно ничего.
Они все равно уйдут.
А ты будешь мечтать поставить счетчик себе в голову - чтобы считать, сколько раз за день ты вспоминаешь о них, приходя в ужас от мысли, что уж никак не меньше тысячи. И плакать перестанешь - а от имени все равно будешь вздрагивать. И еще долго первым, рефлекторным импульсом при прочтении/просмотре чего-нибудь стоящего, будет: “Надо ей показать.”
Они уйдут.
А если не захотят уйти сами - ты от них уйдешь. Чтобы не длить ощущение страха. Чтобы не копить воспоминаний, от которых перестанешь спать, когда они уйдут. Ведь самое страшное - это помнить хорошее: оно прошло, и никогда не вернется.
А чего ты хотел. Ты все знал заранее.
Чтобы не ждать. Чтобы не вырабатывать привычку.
Они же все равно уйдут, и единственным, что будет напоминать о женщинах в твоей жизни, останется любимый запах парфюма, длинный, со шлейфом....
И на том спасибо.
Да, да, это можно даже не повторять себе перед зеркалом, все реплики заучены наизусть еще пару лет назад - без них лучше, спокойнее, тише, яснее думается, работается, спится и пишется. Без них непринужденно сдаются сессии на отлично, быстро читаются хорошие книги и экономно тратятся деньги - не для кого строить планы, рвать нервы и бриться-бриться-бриться...
И потом - они все равно уйдут.
Ты даже не сможешь на них за это разозлиться.
Ты же всех их, ушедших, по-прежнему целуешь в щечку при встрече и очень радуешься, если узнаешь их в случайных прохожих - и непринужденно так: здравствуй, солнце, как ты. И черта с два им хоть на сотую долю ведомо, сколько тебе стоила эта непринужденность.
Но ты им правда рад. Ибо они ушли - но ты-то остался, и они остались в тебе.
И такой большой, кажется, сложный механизм жизни - вот моя работа, в ней столько всего страшно интересного, за день не расскажешь; вот моя работа - ее все больше, я расту, совершенствуюсь, умею то, чему еще месяц назад учился с нуля, участвую в больших и настоящих проектах, пишу все сочнее и отточеннее; вот мои друзья, и все они гениальны, честное слово; вот... Кажется, такая громадина, такая суперсистема - отчего же это все не приносит ни малейшего удовлетворения? Отчего будто отключены вкусовые рецепторы, и все пресно, словно белесая похлебка из “Матрицы”? Где разъединился контактик, который ко всему этому тебя по-настоящему подключал?
И когда кто-то из них появляется - да катись оно все к черту, кому оно сдалось, когда я... когда мы...
Деточка, послушай, они же все равно уйдут.
И уйдут навсегда, а это дольше, чем неделя, месяц и даже год, представляешь?
Будда учил: не привязывайся.
“Вали в монастырь, пацан” - хихикает твой собственный бог, чеканя ковбойские шаги у тебя в душе. И ты жалеешь, что не можешь запустить в него тапком, не раскроив себе грудной клетки.
Как будто тебе все время показывают кадры новых сногсшибательных фильмов с тобой в главной роли - но в первые десять минут тебя выгоняют из зала, и ты никогда не узнаешь, чем все могло бы закончиться.
Или выходишь из зала сам. В последнее время фильмы стали мучительно повторяться, как навязчивые кошмары.
И герои так неуловимо похожи - какой-то недоуменно-дружелюбной улыбкой при попытке приблизиться к ним. Как будто разговариваешь с человеком сквозь пуленепробиваемое стекло - он внимательно смотрит тебе в глаза, но не слышит ни единого твоего слова.
Что-то, видать, во мне.
Чего-то, видать, не хватает - или слишком много дано.
И ты даже не удивляешься больше, когда они правда уходят - и отрешенно так, кивая - да, я так и знал.

(no subject)

Они все равно уйдут, даже если ты обрушишься на пол и будешь рыдать, хватая их за полы пальто. Сядут на корточки, погладят по затылку, а потом все равно уйдут. И ты опять останешься один и будешь строить свои игрушечные вавилоны, прокладывать железные дороги и рыть каналы - ты прекрасно знаешь, что все всегда мог и без них, и именно это, кажется, и губит тебя.

Они уйдут, и никогда не узнают, что каждый раз, когда они кладут трубку, ты продолжаешь разговаривать с ними - убеждать, спорить, шутить, мучительно подбирать слова. Что каждый раз когда они исчезают в метро, бликуя стеклянной дверью на прощанье, ты уносишь с собой в кармане тепло их ладони - и быстро бежишь, чтобы донести, не растерять. И не говоришь ни с кем, чтобы продлить вкус поцелуя на губах - если тебя удостоили поцелуем. Если не удостоили - унести бы в волосах хотя бы запах. Звук голоса. Снежинку, уснувшую на ресницах. Больше и не нужно ничего.
Они все равно уйдут.
А ты будешь мечтать поставить счетчик себе в голову - чтобы считать, сколько раз за день ты вспоминаешь о них, приходя в ужас от мысли, что уж никак не меньше тысячи. И плакать перестанешь - а от имени все равно будешь вздрагивать. И еще долго первым, рефлекторным импульсом при прочтении/просмотре чего-нибудь стоящего, будет: “Надо ей показать.”
Они уйдут.
А если не захотят уйти сами - ты от них уйдешь. Чтобы не длить ощущение страха. Чтобы не копить воспоминаний, от которых перестанешь спать, когда они уйдут. Ведь самое страшное - это помнить хорошее: оно прошло, и никогда не вернется.
А чего ты хотел. Ты все знал заранее.
Чтобы не ждать. Чтобы не вырабатывать привычку.
Они же все равно уйдут, и единственным, что будет напоминать о женщинах в твоей жизни, останется любимый запах парфюма, длинный, со шлейфом....
И на том спасибо.
Да, да, это можно даже не повторять себе перед зеркалом, все реплики заучены наизусть еще пару лет назад - без них лучше, спокойнее, тише, яснее думается, работается, спится и пишется. Без них непринужденно сдаются сессии на отлично, быстро читаются хорошие книги и экономно тратятся деньги - не для кого строить планы, рвать нервы и бриться-бриться-бриться...
И потом - они все равно уйдут.
Ты даже не сможешь на них за это разозлиться.
Ты же всех их, ушедших, по-прежнему целуешь в щечку при встрече и очень радуешься, если узнаешь их в случайных прохожих - и непринужденно так: здравствуй, солнце, как ты. И черта с два им хоть на сотую долю ведомо, сколько тебе стоила эта непринужденность.
Но ты им правда рад. Ибо они ушли - но ты-то остался, и они остались в тебе.
И такой большой, кажется, сложный механизм жизни - вот моя работа, в ней столько всего страшно интересного, за день не расскажешь; вот моя работа - ее все больше, я расту, совершенствуюсь, умею то, чему еще месяц назад учился с нуля, участвую в больших и настоящих проектах, пишу все сочнее и отточеннее; вот мои друзья, и все они гениальны, честное слово; вот... Кажется, такая громадина, такая суперсистема - отчего же это все не приносит ни малейшего удовлетворения? Отчего будто отключены вкусовые рецепторы, и все пресно, словно белесая похлебка из “Матрицы”? Где разъединился контактик, который ко всему этому тебя по-настоящему подключал?
И когда кто-то из них появляется - да катись оно все к черту, кому оно сдалось, когда я... когда мы...
Деточка, послушай, они же все равно уйдут.
И уйдут навсегда, а это дольше, чем неделя, месяц и даже год, представляешь?
Будда учил: не привязывайся.
“Вали в монастырь, пацан” - хихикает твой собственный бог, чеканя ковбойские шаги у тебя в душе. И ты жалеешь, что не можешь запустить в него тапком, не раскроив себе грудной клетки.
Как будто тебе все время показывают кадры новых сногсшибательных фильмов с тобой в главной роли - но в первые десять минут тебя выгоняют из зала, и ты никогда не узнаешь, чем все могло бы закончиться.
Или выходишь из зала сам. В последнее время фильмы стали мучительно повторяться, как навязчивые кошмары.
И герои так неуловимо похожи - какой-то недоуменно-дружелюбной улыбкой при попытке приблизиться к ним. Как будто разговариваешь с человеком сквозь пуленепробиваемое стекло - он внимательно смотрит тебе в глаза, но не слышит ни единого твоего слова.
Что-то, видать, во мне.
Чего-то, видать, не хватает - или слишком много дано.
И ты даже не удивляешься больше, когда они правда уходят - и отрешенно так, кивая - да, я так и знал.

И опять не ошибся...